Читаем без скачивания Изгой: По стезе Номана [СИ] - Анатолий Радов

Дранг ухмыльнулся.

— Ну а если Повелитель прикажет нас вот прямо сейчас убить? Так и помрёшь скрытной совью, никому не поведав, что у тебя на душе и в голове?

— На душе у меня чувства, а в голове мысли, — буркнул Вильято. — Как и у всех прочих.

— Это понятно. Но и чувства и мысли разными бывают. Как цветы. Есть красные, а есть чёрные. Одни приятны глазу, а другие его режут.

— К чему весь этот разговор? — спросил старый маг, начиная нервничать.

— Да к тому, что мы с тобой вместе давно, а друзьми так и не стали.

— Мы с тобой братья.

— Братья очень часто ненавидят друг друга и убивают с особой жестокостью. Зайди в любую деревню, таких историй тебе целую скирду накидают.

— То братья по крови, а мы с тобой по духу.

— А откуда мне это знать? — Дранг заметно распалялся, и Вильято это не нравилось. — Ты же молчишь, как грыла.

— Перестань сравнивать меня с животными, — недовольно проговорил Вильято.

— Хорошо, — Дранг откинулся на спинку кресла, и сцепив руки в замок, принялся крутить большими пальцами. — Но я вот к чему веду весь этот разговор, — продолжил он секунд через пять. — Мой прапрадед был Странствующим и входил в Триаду, мой прадед тоже, а дед с отцом просто были Странствующими. Так вот, отец говорил мне сказанное ему его отцом, а тот в свою очередь услышал это от своего отца и так далее, — он сделал небольшую паузу. — И вот что они знали. До того, как в наш клан влились сумевшие избежать смерти целители, Странствующие и не помышляли о вражде с Лутами. Они хранили верность наисветлейшей семье и Повелителю, а вся эта ненависть к трону пришла в клан с ними.

— Это было давно. Теперь именно Странствующие стоят на другой стороне от Повелителя.

— Ты старше меня Вильято, но ты глуп. Не обижайся, — проговорил Дранг почти ласково. — Те, кто сейчас находятся в Триаде — это потомки целителей. Как ты думаешь, почему первые два упомянутые мной предка входили в Триаду, а вторая пара уже нет?

— Видимо, не смогли стать архмагистрами, — начиная хмурить лоб, проговорил Вильято.

— Ха, Вильято, ты наивен, как сурдетское дитя, — Дранг хохотнул. — Если бы всё было именно так, то никаких сомнений у меня бы не возникло. И не только у меня, а у многих братьев.

— Каких это многих? — Вильято смотрел уже на своего напарника косо. — Ты хочешь сказать…

— Вот именно, — перебил Дранг. — В клане уже давно зреет заговор среди многих магистров и армагистров против Триады. И эти братья… Заметь, — он вскинул руку, — Настоящие братья, истинные Странствующие, а не потомки целителей, хотят лишь одного — уничтожить верхушку, состоящую лишь из праправнуков и правнуков тех влившихся чревловых лекарей. Ты хочешь фактов? Пожалуйста. Шидрото — сын Жанмоло из Магиорда. Да-да, того самого, что считался одним из тридцати Невидимых ордена Целебного Креста и Айны. По обнародованным сведениям он был сожжён в Магиорде в семь тысяч сорок втором году, но по другим сведениям, тайным — бежал за два дня до казни, спрятавшись в возе с сеном. А уже через две тридницы примкнул к клану Странствующих под именем Аргоро’Киа и сделал необъяснимо скорую карьеру. Всего полгода и он в Триаде. А его второе имя тебе ни о чём не говорит? Киа — Крест и Айна. Как тебе такое, а?

Вильято промолчал. Он сидел насупившись, глядя в дальнюю стену, на которой висел гобелен. На этом гобелене неизвестный риттер убивал огромное, в два раза большее, чем он чудовище. На лице риттера была гримаса ненависти, благо шлем «валялся» внизу гобелена, у ног лога, и лицо, а точнее профиль, просматривался чётко. Чудовище же не выказывало никаких чувств. Руки бы оторвать тому, кто творил этот гобелен, — подумалось вдруг старому магу. — Как можно было изобразить чудовище столь безмятежным, а риттера переполненным злобой?

— Молчишь? — спросил Дранг, явно не собираясь прекращать. — Ну так я тебе и дальше расскажу. Вагор праправнук Прево, который тоже был одним из Невидимых, и о котором так же ходили слухи, что он избежал казни, подкупив чуть ли не всю Пратилию…

На этом слове Вильято вздрогнул, вспомнив, как и сам бежал из этой тюрьмы. Да, не из башни, а из барака, но всё же…

— Ты же знаешь, что на закате своего существования Орден Целебного Креста и Айны был баснословно богат.

— Вздорный вымысел, — рассеяно буркнул Вильято.

— Я бы так не сказал, — Дранг хмыкнул. — Десятица замков, полсотни особняков, и всё это не считая личных владений членов ордена. Не удивительно, что они покусились на трон, гордыня обуяла их. Мерзкая гордыня, которая свидетельствовала об отходе их от нашего Бога, Великого Номана, — Дранг перекрестил лицо. — А ты слышал, что они поклонялись некоему Бафонету? Сами они утверждали, что это забытый бог целительства, но слишком уж созвучно имечко этого их забытого бога с одной из ипостасей Чревла. Бафоневл, — голос Дранга вздрогнул в мистическом экстазе. — А как называется новый кодекс Странствующих? Не катоневлия случаем?

— Прекрати! — не выдержал Вильято, вскакивая с кресла. — Твоя речь — речь предателя. Да и как можно сравнивать Бафоневл и катоневлию? Совсем два разных слова! Последнее означает — «путь вечности» на языке древних Магов.

— Путь вечности на этом языке звучит как — катомевлия, если быть точным. Мевл — вечность, невл — разрушающая её противоположность, некая умертвляющая сила. Отчего и ипостась Чревла — Бафоневл означает — источник умертвляющей силы.

— Ты просто играешь словами. Глупость! Чушь! Тем более в разных изводах язык древних Магов отличается деталями. Взять то же «Откровение пресветлого Альбольо»… — Вильято запнулся на секунду, после чего прокричал в сильном волнении. — Да и вообще, чего ты хочешь добиться этим разговором?

— Чтобы ты пришёл к тому же решению, к которому пришёл вчера я.

— Вчера? Какому решению? — спросил старый маг, но интуиция уже подсказала ему, что он в ловушке. Вскинув руку, Вильято попытался ударить предателя «каскадом», но из-за ширм у стены покоев молниями метнулись к нему двое Высших, опутали сначала магически, а потом и скрутили с помощью грубой физической силы. Тут же разрушили почти готовое плетение прямо внутри него, отчего Вильято почувствовал лёгкую боль, и вдобавок связали запястья кожаным ремнём. Однако и после этого рук не отпустили.

— Осторожней, — кричал в это время Дранг. — Нельзя чтобы на нём были ссадины или раны.

Вильято тут же скрючился, пытаясь укусить своё бедро, но его резко усыпили. Плетение шестого круга сработало безотказно, за мгновенье погрузив мага в глубокий сон.

— Что, всё? — спросил, появившийся пару секунд назад в дверях Полотино.